Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Пролог III. Террористическая группа

29 декабря 1931 года. День.

В нескольких десятках километров к югу от Чикаго посреди дикого поля стояла заброшенная фабрика.

Внутри в огромном зале во весь первый этаж ровными рядами выстроились пятьдесят с лишним человек. С первого взгляда было видно, что их никак нельзя было отнести к законопослушным гражданам, смелый озорной блеск в глазах выдавал в них военных либо гангстеров. Стоявшие на сером полу и окруженные темно-серыми стенами, они хранили абсолютное до странности молчание.

Нарушил его голос стоящего напротив «строя» мужчины с пылающими черным огнем цепкими глазами.

Он — Гус Перкинс — произнес весьма популярную фразу тридцатых годов двадцатого века, которые можно с уверенностью назвать золотыми для мафии. Хотя и много позже, с ростом любви к кинематографу, эти слова реже употреблять не стали.

— Господа, у меня для вас плохая новость… среди нас предатель.

Никто не пошевелился. Гус, не обратив на это внимания, громко продолжил свою речь:

— Днем ранее грязные государственные ищейки схватили нашего великого лидера Хьюи Лафорета. Эти никчемные глупцы вознамерились судить гений нашего учителя согласно своим бессистемным законам!

Постепенно тон его голоса набирал силу, а черное пламя в глазах разгоралось.

— Но не это наша проблема! Потому что, согласно плану, что мы приведем в исполнение завтра ночью, мастер Хьюи непременно окажется на свободе! Истинная проблема заключается в зародившемся в наших рядах семени измены, что порочит само имя учителя!

Пока никаких изменений в настроении собравшихся в зале не наблюдалось. Все так же горели глаза Гуса, все так же невозмутимо слушали его полсотни стоящих перед ним человек.

— Я лично выявил и изучил предателя. Но. Все мы знаем, как безгранично милосерден мастер Хьюи. Так пусть же он послужит мне примером.

Убрав руки за спину, Гус тихо обратился к людям напротив себя.

— Если ты осознал свою ошибку, я прошу тебя без лишних слов сделать шаг вперед. Прояви смелость, иначе я не потерплю никаких оправданий или ответных обвинений.

Лишь тогда выражения лиц его слушателей изменились.

Один из них, стоящий в первом ряду, с широкой ухмылкой вышел вперед.

А следом и все остальные пятьдесят человек с точно такими же ухмылками сделали шаг вперед.

— Как ощущения от предательства всех своих людей, сэр Гус? — самый первый молодой мужчина с иронической улыбкой достал пистолет. — Такую устрашающую речь закатили, я даже заслушался, но, признайтесь, подобного поворота вы точно не ожидали.

Но Гус сохранял спокойствие. И пламя в его глазах продолжало ровно гореть.

— У меня к тебе только один вопрос, глупый Нейдер.

Молодой мужчина, названный Нейдером, видимо, воспринял его слова как признание поражения, потому что его лицо вспыхнуло радостью.

— И какой же, сэр Гус? Но говорю сразу, на спасение можете не рассчитывать.

— Предположим, тебе не угодил чем-то я или мастер Хьюи. Но что вы задумываете осуществить, какую такую революцию собираетесь совершить? — невозмутимо спросил Гус.

В ответ предатели разразились глумливым смехом. Нейдер, окончательно отбросив приличия, ответил с нескрываемой жалостью и презрением к проигравшему:

— Ха-ха, революцию? Ну ты и загнул… Не будет никакой революции, никогда! Слушай сюда, нас достал и этот твой Хьюи, и ты сам. Мы присоединимся к чикагскому клану Руссо. Таким числом и с нашим боевым опытом мы запросто подомнем под себя всю их «семью». А там и царство Лица со шрамом завоюем и встанем во главе всего Чикаго! Грядет время не пустых идеалов, а силы, Гус! И уж я по сравнению с тобой, которого вышвырнули из армии, и твоего непонятного Хьюи куда лучше знаю, как и на что направить силы нашей группы.

Гус в ответ коротко вздохнул и, качая головой, сказал:

— Именно это я и предполагал, но все равно не могу не поразиться вашему идиотизму. Присоединиться к мафии после всего, что было? Шанс сбросить с пьедестала Капоне? Наоборот, чикагской мафии на данном этапе об этом и мечтать не стоит. А что касается вас, шайки желторотиков, я искренне сомневаюсь, что без моего и мастера Хьюи руководства вы проживете хотя бы сутки на темной стороне Чикаго.

— Спасибо за предупреждение. Больше ничего не желаешь сказать напоследок?

— Отчего же, желаю. Ты посчитал мои слова блефом, но я не сказал ни слова лжи, — говоря это, Гус медленно поднял руку.

Нейдер и остальные недоуменно на него смотрели.

— Повторяю, я изучил предателя, от и до. В том числе и всех его дружков и неприятелей.

Он опустил руку, и одновременно с этим раздался страшный грохот. Породили его несколько десятков выстрелов, а когда они стихли, фабрика вновь погрузилась в тишину.

— Что…

Нейдер медленно обернулся и увидел, что серый пол окрасился в ярко-красный.

Его бездыханные соратники из первых рядов с пулевыми отверстиями в разных частях тел лежали в лужах собственной крови.

Тридцать оставшихся мужчин смотрели на Нейдера, держа в руках пистолеты с дымящимися дулами.

— Вы!..

— Нейдер, вспомни, я же так и сказал, что «среди нас предатель». Хотя имел в виду как раз тех, кто предал тебя, — с тем же невозмутимым выражением на лице произнес Гус.

Но Нейдер, не успевший осмыслить случившееся, молчал и лишь сильно потел.

— Все эти тридцать человек сообщили мне о твоих уговорах нас предать. Похоже, твои обещания их не привлекли. Обидно, не так ли?

У Нейдера громко застучала нижняя челюсть, когда до него наконец дошло, в каком положении он оказался. Он выхватил из кармана блеснувший черной полированной поверхностью пистолет.

И в тот же миг его правую ладонь прожгло болью.

Шмяк.

Пистолет, что должен был лежать у него в руке, упал на пол. Вместе с отрезанной по самое запястье кистью.

Откуда ни возьмись перед Нейдером появилась девушка.

— Ша… Шане…

Фанатичка Шане. Эта девушка в военной форме исполняла любые приказы Хьюи и была лучшим киллером в их организации. Если ближневосточные ассасины притупляли чувства гашишем, у нее собственная воля отсутствовала как таковая. Иногда могло показаться, что она себя не только женщиной, но и человеком не воспринимает.

Нейдер, борясь с дикой болью, выпалил в лицо стоящей перед ним девушки:

— Я… Я думал, ты мертва! Ты разве не погибла, когда схватили Хьюи?!

Лицо Шане оставалось бесстрастной маской. Вместо нее ответил Гус:

— Она выжила. И не может себе этого простить. Поэтому считает себя обязанной избавиться от всех, кто может помешать исполнению завтрашнего плана.

Шане молча кивнула и медленно подняла свое окровавленное оружие — армейский нож с толстым заточенным лезвием, которым она отрезала кисть Нейдера.

— Постой, Шане.

Девушка и молодой мужчина оба обернулись на голос Гуса: Шане с удивлением на лице, Нейдер — со вспыхнувшей в глазах надеждой.

Но в следующий миг он осознал, что она была напрасной.

— Не убивай сразу — так будет неинтересно.

— Вы уверены, сэр Гус? С такими ранениями он и выжить может, — обратился из кузова к сидящему за рулем военного грузовика Гусу один из подчиненных.

После вмешательства Шане Гус приказал связать Нейдера и оставить его одного внутри фабрики, тщательно заперев все выходы. Кровотечение из отрубленной кисти остановили, но все автомобили, кроме тех, на которых они уехали сами, были уничтожены. Нейдеру, чтобы спастись, придется сначала как-то выбраться из здания, а затем пешком добраться до города.

— Несколько десятков километров шагом — вполне преодолимое расстояние, не то чтобы он не сможет найти по дороге воды или еды.

— Действительно, ты прав. Наверное, к этому моменту он уже перетер веревку о столб и пытается выбить одну из дверей наружу.

— Тогда почему…

— Лучше вот что мне скажи, Спайк. Ты, надеюсь, не растерял свою хватку снайпера? — остановив грузовик примерно в трехстах метрах от завода, спросил Гус.

— Так точно.

— Выстрели в ту белую коробку сбоку от входа.

— Есть. Вас понял, сэр Гус.

С понимающим выражением на лице мужчина по имени Спайк поднял из кузова длинный сверток.

Внутри оказалась черная снайперская винтовка особой сборки, заметно длиннее стандартных моделей. Спайк, не скрывая удовольствия, установил ее на водительскую кабину, тщательно прицелился…

— И — паф! — сопровождая это глупым восклицанием, нажал на спусковой крючок.

Через пару секунд после выстрела деревянная коробка у входа на завод вспыхнула. Гус молча нажал на газ.

Где-то через минуту внутри фабрики прогремел чудовищный взрыв, в голубое небо взметнулся столб пламени и над полем вырос дымовой «гриб».

С такого расстояния он казался игрушечным, но даже ехавшие в грузовике террористы прочувствовали на себе мощь взрыва, когда до них с запозданием докатился рокот, встряхнувший им внутренности.

— Какое это великое счастье, мгновенно умереть, окрыленным надеждой, что вот-вот спасешься. Вы так не думаете?

— Вы само милосердие, сэр Гус! — с иронией прокомментировал Спайк.

Гус растянул губы в улыбке. Одновременно с этим сидящие в кузове террористы захохотали.

Все, кроме Шане на пассажирском сидении.

— Итак, помните, мы не можем потерпеть неудачу. Как только закончим подготовку, отправимся к станции «Чикаго Юнион».

Стоя перед тридцатью специально отобранными подчиненными, Гус еще раз прошелся по основным моментам завтрашнего плана.

— Этой стране нужна передышка. А для этого ей необходим мастер Хьюи.

С пылающими от раскалившегося внутри них черного пламени глазами Гус тихо объявил:

— Пассажиры Flying Pussyfoot послужат нам каменной плитой… что мы, лемуры, заложим под могильный памятник.

Комментарии